Andrei A. (filin) wrote,
Andrei A.
filin

Category:
  • Mood:

климатическое

И еще раз напомню гениальное:

"Русский человек не приспособлен ни к каким климатическим условиям."

(с) С.Мостовщиков, Р.Арифджанов.

Этот основополагающий текст 1999 года даже гугль находит только в четырех копиях, как такое вообще может быть? Надо воспроизвести. Воспроизвожу:

В редакцию журнала «Эксперт» поступило письмо следующего содержания:

«Дорогая редакция!
Общая нестабильность в мире заставила нас обратиться к тебе с этим письмом. В дни, когда мировой империализм за спиной российской дипломатии находится в сговоре с мировым сионизмом и его распоясавшимися приспешниками, когда мирные туристические воды Средиземноморья бороздят вражеские субмарины, когда велик риск точечного бомбометания на Ближнем Востоке, когда щупальца картелей колумбийской мафии всё туже сжимаются на горле невинных детей младшего и среднего возраста, вот именно в эти короткие зимние дни честному налогоплательщику совершенно невозможно спокойно сесть за написание какого-либо письма. От этого делается ещё страшнее.
Кто остановит нависшую над человечеством угрозу? Чьи сильные, добрые руки разведут свинцовые тучи ненависти над беззащитной зелёной планетой? Куда обращены взоры народов, людей всех цветов кожи и разнообразных убеждений?
Ежу понятно, что они обращены на Россию, страну, населённую преимущественно русскими людьми.
Однако любопытно было бы задаться в этой связи следующим актуальным вопросом: с чего бы это вдруг русский человек пойдёт и будет их всех спасать? С какого, извините, перепугу?
Дорогая редакция! Просим тебя разобраться и принять соответствующие меры».

Рустам Арифджанов — шеф-редактор газеты «Версия». Сергей Мостовщиков — заместитель главного редактора общественно-политического еженедельника «Московские новости». Публикуем запись их беседы о русских людях, состоявшейся 13 января 1999 года в Москве.

Слышны звуки экскаватора, роющего котлован для подземного гаража. Крики детей, отбирающих друг у друга конструктор «Лего». Вечереет. Москва строится. Из кухни собственной квартиры выходит босой Мостовщиков с чашкой чая.
Мостовщиков. Письмо наводит на размышления.
Арифджанов. На какие?
Мостовщиков. На различные. В частности, мне представляется, что для того, чтобы быть голубоглазыми высокими блондинами, всем остальным народам, кроме русского, приходится жить высоко в горах. Положим, азербайджанцы бывают голубоглазыми блондинами. Но только в том случае, если они живут высоко в горах. Это так называемые горные азербайджанцы. Ну ты знаешь. Бывают ещё горные грузины...
Арифджанов. Настоящие армяне тоже бывают...
Мостовщиков. Горные евреи и так далее. Но в горах же жить крайне неудобно. Там постоянно надо карабкаться.
Арифджанов. Да, ещё там постоянно приходится употреблять в пищу овечий сыр...
Мостовщиков. Именно. А он довольно вонючий.
Арифджанов. Пить вино нужно.
Мостовщиков. А это губительно вредно для печени.
Арифджанов. И долго жить там надо.
Мостовщиков. Вот именно. Это неприятно и удивительно скучно. Ведь в горах нет кинотеатров, нет библиотек, клуба нет, прокуратуры...
Арифджанов. Кинотеатров...
Мостовщиков. Это мы уже сказали. И дело ведь всё в том ещё, что в горах все обязательно становятся старожилами и ничего не помнят. Ну ты знаешь, как говорят: старожилы не припомнят. Стараются, конечно, но не припомнят совсем ничего.
Скучно. А русский человек — в чём его отличительная особенность и преимущество? Он совершенно спокойно может быть голубоглазым блондином на равнине. Он может ходить в клуб, отказаться от вонючего овечьего сыра, он может есть раков. А в гopax какие раки?
Арифджанов. Нет, есть! Когда рак на горе свистнет...
Мостовщиков. А он никогда не свистнет на гope. Это издёвка русского народа. Когда рак на горе свистнет? Никогда не свистнет! А здесь, на равнине, у русских, — пожалуйста!
Арифджанов. Да, тут свисти где хочешь. Хочешь в низовьях Оки, в притоках Оби, хочешь — в дельте Волги.
Мостовщиков. Которая впадает в Каспийское море.
Арифджанов. Да, вообще ты прав. Равнинное происхождение русского народа — это же степное происхождение. Это всё доказывает. Вот смотри. Все удивляются: почему русский человек не любит хорошие дороги? А ему необязательно. В степи какие дороги? Только направления. Куда скакать? Скачи на север до кривой сосны, пока не упрёшься. Хорошо! Поэтому русский человек строит только направления. Это только так называется — «дороги». А дорог на самом деле нет. Генетический код.
Мостовщиков. А...
Арифджанов. Я же ещё не всё сказал. ...Теперь понятно, почему и туалетов нет. Какие в степи туалеты? Вся степь тебе туалет. Слез с коня — вот уже и туалет. Никто в степи туалетов не строит.
Мостовщиков. Вот смотри ещё какое есть преимущество русского человека. Надо ему построить завод, да? Украинский человек берёт и строит завод или слева от дороги, или справа. Игорь Свинаренко, известный российский журналист-этнопсихолог, который приводит все эти поведенческие примеры в своей пока не опубликованной научной статье, считает, что строить надо справа, чтобы заезжать удобнее было, без разворота. А русский в отличие от скучного украинца берёт и ставит завод прямо посреди дороги, потому что так ему удобнее. А потом уже начинает делать дорогу в обход. Почему? Потому что он не идёт на компромиссы. Он своим путём идёт.
Арифджанов. Вот я как-то своими глазами видел, как встретились двое русских. Встретились и шумят. «Эй! — кричат. — Эге-гей! О-го-гo-гой!» Или свистят, допустим. Другие народы, если там подозвать кого надо, тихонько так делают: «Псст! Псст!» А русский народ — он как свистнет!
Мостовщиков. Как рак.
Арифджанов. Степной народ, кочевой, горячий! Шапки носит меховые.
Мостовщиков. Шапки азербайджанец носит, не ври, пожалуйста. Узбек носит.
Арифджанов. А русский не носит?
Мостовщиков. Не носит.
Арифджанов. А как ему тогда от автобуса до метро пробежать?
Мостовщиков. Это не имеет никакого значения. Потому что русский человек не приспособлен ни к каким климатическим условиям. Без разницы — есть у него шапка или нет. Шапка тут роли никакой не играет. Это азербайджанец приспосабливается. А русский народ — он не приспособленец.
Арифджанов. Или вот, я читал, негры. У них там кожа чёрная, ноздри широкие, губы толстые. Чтоб приспособиться к тропическому климату. Или монголы. У них глаза узкие. Потому что пыль, ветер.
Мостовщиков. Вот, кстати, и экономисты пишут, что русский человек ничего не выращивает, потому что никак не может приспособиться к окружающему климату.
Арифджанов. Как это не выращивает? Ну, допустим, киви не выращивает. Но картошку-то выращивает. Пшеницу выращивает, репу.
Мостовщиков. Ты что, с ума сошёл? А если вырастет? Нет, невозможно. У русского человека как? Зима всегда должна быть холодной и голодной. А лето — засушливым и тоже голодным.
Арифджанов. Ты унижаешь русских.
Мостовщиков. Почему? Мне нравится русский народ. Я понять хочу. Вот смотри: чукча. Он живёт на севере. И вот если он едет по путёвке в Италию, то ему там жарко. На оленях неудобно ездить в Италию. Ему не подходят климатические условия. Или негр из Африки. Он же не едет в Мурманск. Ему в Мурманске холодно. А русский человек куда хочешь может поехать. Ему всё равно.
Арифджанов. На Кипр может поехать?
Мостовщиков. Запросто. На Кипре русскому человеку хорошо. Но недолго. Русский человек не может жить где-нибудь долго.
Арифджанов. Потому что русские — кочевой народ.
Мостовщиков. Потому что русский не приспосабливается ни к каким климатическим условиям.
Арифджанов. То есть русский человек должен жить вахтовым методом?
Мостовщиков. Правильный вывод. Но теперь мы должны поговорить о главном. О вещи, за которую все клеймят русский народ, не понимая, что это его преимущество. Русский народ пьёт водку.
Арифджанов. Но в этом явное преимущество русского народа. Я тут недавно говорил с Андреем Ивановичем Колесниковым, известным русским журналистом. Он сказал, что водка — это честность русского народа. Вот армянин — он разве может честно напиться? Даже при советской власти в Армении не было вытрезвителей. Или француз? Или американец? Они говорят: «Пойдём выпьем?» И всегда вот этот малахольный вопросительный знак в конце. В этом проявляется лицемерие других народов. А русский человек говорит: «Пойду напьюсь!» И честно напивается.
Мостовщиков. А я думаю, что по большому счёту выпивка — она и ведёт к доброте русского народа. Потому что русский человек утром ничего не помнит и поэтому не таит зла ни на кого. Вот у нас есть пример — ныне сельскохозяйственный журналист Михаил Петров. Эталонный русский. Он умеет что? Он умеет петь песню «Болванка вдарила по танку», умеет носить мебель на восьмой этаж и делать заднее сальто в пиджаке и галстуке в бассейн. В чём особенность этого русского человека? Его приносят часа в два дня в компанию и кладут на диван, а в восемь часов вечера уносят. Он ничего не знает о том, что происходило в это время. Поэтому он добрый и не таит зла ни на кого. Он не просто зла не помнит, он не знает ничего.
Арифджанов. А мой друг, известный журналист Игорь Мартынов, тем не менее считает, что русские — злые люди. Как говорили татары: «Козельск — злой город».
Мостовщиков. Они ему это говорили? Сомневаюсь. Это такая легенда, не соответствующая действительности. Вот ты возьми пословицу «Кто старое помянет — тому глаз вон». Вот если бы русский человек на самом деле мог бы старое помянуть, тогда все русские бы ходили одноглазыми. Но ведь никто не ходит.
Арифджанов. Нет, согласись, какая-то изначальная злоба сидит в русском человеке. Но на то ему и дана водка, чтобы растворить её. Чтоб не помнить. Потому что ты можешь себе представить, что будет делать трезвый человек? У него — глаз вон. Камень у него будет за пазухой. Вот революция почему произошла? Потому что «сухой закон» был. Выпить нечего было. Затаили злобу, и получилось нехорошо, неловко. Впрочем, у русского человека есть и другие традиции. Угостить обильно. Потому что степные люди. Разве француз гостя угостит? Или голландец? Даст чашку кофе — и ступай. Дома поешь. Потому что дом-то рядом. А в степи ещё неизвестно: доскочишь до кривой сосны, а там и поесть нечего. И скачи дальше.
Мостовщиков. Ещё есть традиция на балалайке играть. Матрёшки делать.
Арифджанов. Так он их не для себя делает. Ты видел когда-нибудь русского ребёнка, чтоб он с матрёшкой играл? Ты детям своим покупал когда-нибудь матрёшек? Русский делает их, чтоб продать иностранцам.
Мостовщиков. Вся русская культура делается для того, чтобы потом продать её иностранцам. Вот Палех, например. Гжель. Балалайки. Балерины Большого и Кировского театров. Ушанки. Знаки отличия Советской Армии. Знамёна победителей социалистического соревнования.
Арифджанов. Это послания другим народам, другим цивилизациям.
Мостовщиков. Русский человек это любит. Он ведь всегда закапывал гильзы, капсулы, замуровывал в бетон письма комсомольцам двухтысячного года.
Арифджанов. А может, русские — потомки инопланетян? И это тоже осталось в генетическом коде нации — посылать сообщения и рапорты однопланетникам, которые когда-нибудь вновь прилетят на Землю.
Мостовщиков. А может, русские — это земляне, а остальные, наоборот, инопланетяне. Земля — для русских. Кстати, ты ведь знаком с моей давнишней версией, что вообще всё придумали русские. Английский язык, например. Это легко доказывается. Ты берёшь любой русско-английский словарь и читаешь там, что это издание исправленное и дополненное — здесь, в России. Есть конкретные адреса издательств, типографий, вплоть до самых первых, где напечатан словарь, — и все они в России! Точно так же, как с так называемыми лицензионными голливудскими фильмами. Там же на коробке по-русски написано, что все права защищены. Всё на самом деле придумал русский человек, и вообще он большой придумщик. Поскольку мы уже объяснили, что это народ беспокойный, кочевой, ходячий, то мы понимаем, что в оседлых условиях у него усидчивости нет. Он не может долго сидеть на одном месте. Пять часов подряд пришивать пуговицы к «Рибоку» или припаивать детали к магнитофону «Панасоник». Он поэтому посидит немножко, а потом идёт на профсоюзное собрание, на митинг, в магазин. Это очень подвижная нация.
Арифджанов. Одноразовый народ. То есть блоху подковать — запросто. Это русские. Тупо изо дня в день подковывать лошадей — это цыгане. Спутник в космос, Белку и Стрелку, Гагарина — пожалуйста, а «шаттл» многоразовый уже не получается. Фрикции — не русское занятие. Лечь на амбразуру — пожалуйста. Родить мужественно и умереть. Как лосось.
Мостовщиков. Страна однократного подвига. Вот ты заметил, что конвейер — не русское слово? Нет у него ни русского синонима, ни русского аналога. Особое предназначение русской нации — это что-нибудь придумать. А потом все уходят на профсоюзное собрание.
Арифджанов. Согласен. Вот придумали русские социализм. А делают китайцы. Потому что мы поделали, поняли, что возни много, бросили. Долго пришивать пуговицы.
Мостовщиков. Нет, вообще русские — героический народ. Непригодный для употребления в будни. Да, наша баба коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт. Но ведь не будет же она останавливать всех проскакивающих мимо коней и входить в каждую из горящих по пути следования изб.
Арифджанов. То есть у русских вся жизнь — борьба. Кризисная нация. Походный народ. Смело мы в бой пойдём. Даёшь Турксиб. Догоним и перегоним. Прорвёмся. Преодолеем кризис.
Мостовщиков. Слушай, я тебя умоляю — только без этих соплей! Какой кризис? Кризис — это естественное состояние русского народа. Вот финансовое благополучие — это чуждая вещь, я согласен. Вся история свидетельствует о том, что всегда пытались сюда прийти и принести благосостояние. Крестоносцы с тяжёлым металлом, французы со своим бланманже и па-де-труа, немецко-фашистские захватчики со своими бургомистрами и старостами. Все закончили позором. Бесполезно сюда лезть с благосостоянием.
Арифджанов. Скорее всего, потому, что благосостояние — это вред для ходячего народа. Благосостояние привязывает. Вот ты купил, положим, себе дом и должен сидеть и его охранять. Купил домофон — сторожи его. Нанял охрану — сиди рядом, чтоб ничего не стащила. Видеодвойку, машину. А русский человек должен быть в движении, он не может сидеть на одном месте. У него всё гoрит. Поэтому против любого привнесённого благосостояния начинается партизанская война: составы под откос, дефолт, инсайдерские залоговые аукционы, чёрный пиар, оффшорные зоны и разборки с применением огнестрельного оружия. И в результате все инвесторы уходят по старой Смоленской дороге, обмотанные одеялами, замученные дубиной народного гнева и перманентным дефолтом.
Мостовщиков. Поэтому кризис в России — всё это полная ерунда. Сам подумай: все говорят про кризис, а в России на самом деле денег по крайней мере в двадцать два раза больше, чем у американцев. Один доллар стоит двадцать два рубля! И говорят, что будет ещё больше! То, что там Международный фонд кипятится, — так это он по своей вине кипятится — нечего нас допрашивать, куда мы деньги деваем и когда долги отдадим. Куда надо, туда и деваем. Когда надо, тогда и отдадим. Это у них кризис. Пусть нервничают. Русский народ не обязан выплачивать долги за их попытки перевести нас на оседлый образ жизни. Это же они хотели научить нас играть на бирже и пользоваться пластиковыми карточками, это они внедряли в каждый дом сабвуфер, в каждый санузел — биде.
Арифджанов. Зачем биде? Я был в Малоярославце, в Тюмени, в Пензе, — там нет биде. Я готов отвечать за свои слова. А твейджер? Нужен ли русскому человеку твейджер? Нет, русскому человеку не нужен твейджер. Русскому человеку не нужен мобильный телефон, потому что он сам очень мобилен. Если надо, допустим, поговорить как следует, так он поедет и поговорит там как следует. Так что русские — быстрый, способный к мгновенным передвижениям, не терпящий однообразия восточноевропейский народ.
Мостовщиков. Я думаю, нам сейчас надо сказать главные правильные слова.
Арифджанов. Какие?
Мостовщиков. Какие-нибудь. Главные.
Арифджанов. Чтобы читатель понял, что они, эти ребята, не шутят?
Мостовщиков. Да.
Арифджанов. Русские спасут мир.
Мостовщиков. Нет, русские не спасут мир, но они совершат прорыв, потому что там у них на Западе всё — сплошная технология. Из чего состоит гамбургер? Из восемнадцати граммов майонеза, двадцати семи граммов маринованного огурца, котлеты, булочки с тридцатью тремя зёрнышками кунжута. Как должна работать омароварка, чтобы омар варился одну минуту девятнадцать секунд? Что должна делать женщина, если начальник приглашает её на обед? У них всё расписано. На каждый случай жизни инструкция и закон. А в России нет законов. Только народные приметы и план эвакуации при пожаре. Поэтому только русские могут придумать что-нибудь по-настоящему новое, совершить неожиданный прорыв. А потом вовремя эвакуироваться. Сдал-принял — до свидания.
Арифджанов. Это ты мне?
Мостовщиков. С ума сошёл? Ты оставайся, сейчас водки выпьем.

Мостовщиков ушёл на кухню. Арифджанов взглянул в окно. Там он зачем-то насчитал одиннадцать человек и восемь механизмов, продолжавших рыть котлован перед многоэтажным домом. Ещё был сварщик, который, глядя сквозь специальное стёклышко, жёг металлический прут. Поодаль в Никулинском отделении Сбербанка был перерыв. Из универсального магазина «Московско-Орловский» выходила женщина с тремя пластиковыми пакетами.
Мостовщиковские дети в соседней комнате с криками продолжали делить «Лего». Трактор в окне проехал мимо плаката «Микрорайон N22. Мы построим вашу мечту!»...

(1999)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments